«Сердце матери»

Всплеск адреналина пронзил тело Веры острой болью. Дрожащими пальцами она вцепилась в телефон и набрала номер начальства. Собственный голос показался ей чужим, отстраненным: «Моего сына похитили. Это связано с расследованием дела Ивана». В ответ прозвучал ледяной, казенный тон: «Гурьянова, возьмите себя в руки. Прекратите заниматься делом мужа. Заявление о пропаже ребенка принято, группа уже выехала». Однако Вера понимала: они будут действовать по шаблону, как всегда. Ей же требовался конкретный человек. Тот, кто знал, что она взялась за это дело. Тот, кто решил ее остановить любой ценой. Схватив папку с материалами по Ивану и старый, никому не известный мобильный телефон — «запасной» канал связи на самый крайний случай — она бесшумно покинула дом. Первым делом она направилась в заброшенный гараж покойного мужа, место, известное только им двоим. В запыленном ящике с инструментами хранился ключ от старой «восьмерки» и пистолет Макарова, оставшийся неучтенным — их личная страховка на черный день. Двигатель машины завелся с третьей попытки. Вера загрузила в салон папку и оружие. Теперь она действовала вне системы. Вне любых правил. Материнское отчаяние переплавилось в ледяную, просчитанную ярость. В полумраке гаража, перелистывая страницы дела, она нашла первую зацепку. В отчетах о последнем задании Ивана мелькнуло имя информатора — «Костя». Связь с ним оборвалась сразу после гибели мужа. Но Вера вспомнила, как Иван иногда, шепотом, упоминал «братву» и «сходки». Его пугало что-то, о чем он решался говорить только в самые темные ночи. Среди бумаг она обнаружила клочок с записью: только название района и цифры «14-00». Вероятно, время встречи. Рискуя всем, она направилась в указанный район. Часы показывали час дня. С момента похищения ребенка прошло шесть часов. Каждая минута была песчинкой, утекающей сквозь пальцы.