«Рослый»

Назначение майора Рослого на должность командира полка было продиктовано не его выдающимися заслугами, а скорее закулисными интригами. Его принципиальность и нежелание участвовать в штабных дрязгах вызвали раздражение у одного из вышестоящих офицеров. Так командир отдельного разведывательного батальона, имевший за плечами реальный боевой опыт еще со времен Халхин-Гола, был отправлен на передовую — в полк, который после тяжелых потерь считался практически небоеспособным. В штабе дивизии его рассматривали как очередную жертву для, скорее всего, провальной атаки. Однако Рослый не стал действовать шаблонно. Вместо того чтобы бросить солдат на прямую лобовую атаку, он потратил трое суток на скрупулезную разведку, проводя ее под покровом ночи и снежных метелей. Лично возглавляя поисковые группы, он изучал схему вражеского огня и искал «мертвые» зоны. И он их нашел. Между двумя мощными дотами, которые финны считали неприступными, обнаружилось слабое место — двухсотметровый участок, укрепленный лишь траншеями и деревоземляными огневыми точками. Фланкирующий огонь из долговременных укреплений туда не доставал. Это была настоящая брешь в броне. В ночь на 11 февраля 1940 года началась операция. Артиллерия сделала свое дело, превратив участок финской обороны в хаотическое нагромождение развороченных бревен и земли. Штурмовые группы майора Рослого, облаченные в белые маскхалаты, ринулись вперед. Прорыв удался. Ворвавшись в траншеи, бойцы не стали ввязываться в затяжной бой, а, сметая ошеломленного врага, продолжили движение. К рассвету, совершив шестикилометровый марш-бросок по лесным тропам, они вышли к командному пункту финского батальона у станции Ляхде. Внезапный удар с тыла вызвал панику. Пока финны пытались организовать оборону, основные силы полка Рослого, поддержанные танками Т-28, обрушились на ослабленные фронтальные позиции. К полудню узел обороны на высоте 65,5 был взят. В штаб фронта ушла лаконичная телеграмма: «Полосу прорвали. Развиваю наступление на Выборгском направлении».