«Один против всех»

Полковник Ганецкий, обладатель ледяного, бесстрастного взгляда и безукоризненно выглаженного мундира, с самого начала взял жесткий курс на «восстановление законности». Он открыто называл методы работы майора Жжёнова «кулачной расправой» и «дилетантским самоуправством». Первым же распоряжением Ганецкий обязал лично утверждать любые оперативные мероприятия, немедленно свернул несколько перспективных негласных разработок Егора, находившихся на финальной стадии, и потребовал «действовать строго в рамках правового поля». Кабинет начальника уголовного розыска наполнился запахом дорогого парфюма и гнетущей атмосферой бюрократического застоя. Местные криминальные авторитеты, мгновенно уловив перемены, перестали являться на «профилактические беседы» по первому требованию. Ночное ограбление склада войсковой части № 7431 стало настоящим погребальным звоном по прежним порядкам. Это была не банальная кража, а тщательно спланированная военная акция: бесшумное обезвреживание караульных, безупречное знание расположения систем видеонаблюдения и маршрутов патрулирования. Преступники похитили несколько десятков автоматов, гранатометы и целые ящики с боеприпасами. Ганецкий пришел в ярость, требуя немедленных результатов, однако его приказы — облавы на лиц без определенного места жительства и тотальные проверки городского рынка — лишь сеяли хаос и страх среди законопослушных граждан. Жжёнов же в это время молча анализировал карту района, нанося на нее точки пересечения интересов двух основных этнических преступных группировок: «Приморских» и «Кавказского землячества».