«Шахматная королева»

Их встреча произошла в пустой квартире на Петроградской стороне, лишенная какой-либо сентиментальности. Словно две параллельные линии, они сошлись в одной точке общего интереса: педантичный, сломленный чередой неудач следователь Шульгин и резкая женщина, не признающая случайностей. Молча он положил перед Верой черного шахматного коня. В ответ она развернула перед ним листы с зашифрованными записями своей тети. «Она не просто сочиняла романы, — тихо произнесла Вера, водя пальцем по странным символам. — Она создавала план. Не похищения бриллиантов... а их возвращения. Она знала, кто и каким образом их вывез». Шульгин, вглядываясь в знакомые очертания залов на схеме, внезапно побледнел: «Мы искали профессионального преступника. А это была многоходовая комбинация. Кража — лишь первый ход. Главной целью было легально вывезти камни после того, как все обыски прекратятся. Ваша тетя была не злоумышленницей. Она была свидетелем». Их первое совместное действие было отчаянным. Следуя указаниям из рукописи, они ночью проникли в закрытый на ремонт павильон «Эрмитаж-Выборг», некогда бывший филиалом музея. Согласно записям Ангелины, «белая пешка падает на поле F7», что привело их к старой вентиляционной шахте. Там, в углублении, Шульгин нащупал не драгоценности, а маленький диапроектор, завернутый в промасленную ветошь, и коробку с пленками. На стене, в луче пыльного света, проявились слайды: не бриллианты, а фотографии людей — чиновников, сотрудников КГБ, музейных работников — в момент передачи каких-то конвертов и свертков. Последний кадр был особенно четким: молодой Шульгин, беседующий у входа на выставку с высоким мужчиной в штатском. На обороте слайда значилась подпись: «Ход белых. Слон под ударом». Старый следователь узнал в мужчине того, кто вел параллельное, тайное расследование и бесследно исчез после провала официального дела. Ангелина документировала не кражу, а ее прикрытие. Бриллианты были лишь предлогом для этой съемки. Они вышли на рассвете, понимая, что вскрыли не забытое преступление, а живую, опасную систему. Кто-то из запечатленных на снимках людей до сих пор оставался у власти, а значит, был готов убивать, чтобы эти кадры никогда не увидели свет. Убийца, устраняющий старых фигурантов, был не охотником за сокровищами, а хладнокровным палачом, заметающим следы. Теперь в его списке появились два новых имени. Вера и Шульгин стояли на берегу Финского залива, и ветер вырывал из их рук копии страниц. Они нашли не бриллианты, а доказательство сделки, которая была важнее любых сокровищ. И теперь им предстояло сделать следующий ход, понимая, что король этой игры, невидимый и всемогущий, только что осознал их присутствие на шахматной доске.