«Меч»

Два последующих года превратились в сплошную череду жестоких расправ, окутанных кровавой дымкой. Калинин, руководствуясь ледяным расчетом, свойственным его прошлому оперу, действовал безжалостно. Его отряд, получивший название «Возмездие», разросся до дюжины преданных бойцов: сюда вошел снайпер из элитного спецназа ГРУ «Витязь», уволенный с позором; бывший следователь, посадивший невиновного по приказу сверху; и водитель, прошедший Афганистан, чью дочь убили наркоторговцы, а дело замяли. Они не были бестелесными призраками — после них оставались тела, но ни единого свидетеля и неопровержимые, ясные для любого обывателя улики, доказывающие вину казненного. На стенах, рядом с трупом, неизменно появлялась их лаконичная визитка — стилизованная литера «В» (символ «Возмездия») и дата. Это было их единственным публичным заявлением.

Объектами их атак становились отнюдь не рядовые преступники, а ключевые фигуры системы: продажные чиновники, отмывавшие бандитские капиталы; судьи, выносившие заказные оправдательные приговоры; и неприкасаемые воры в законе, мнившие себя безнаказанными. Каждая операция разрабатывалась как боевая вылазка: тщательная разведка, скрытое наблюдение, молниеносный силовой захват и мгновенная казнь. Деньги и ценности, изъятые у жертв, служили не просто трофеем — это был их оперативный бюджет, фонд помощи семьям, пострадавшим от беззакония, и, откровенно говоря, плата за смертельный риск. Они обитали на конспиративных квартирах, постоянно меняли автомобили и никогда не возвращались в одно и то же место дважды.

Однако масштаб их деятельности не мог остаться незамеченным. В криминальной среде была назначена награда в семизначной сумме за любую информацию, ведущую к поимке или уничтожению «карателей». Началась охота на охотников. Параллельно в недрах Министерства внутренних дел, а затем и ФСБ, сформировали специальное подразделение «Феникс». Его возглавил полковник Егоров — бывший начальник Калинина по управлению по борьбе с оргпреступностью, тот самый человек, который когда-то подписал приказ об его увольнении. Для Егорова «Возмездие» стало личным оскорблением и позорным пятном на мундире всей правоохранительной системы. Он досконально знал почерк Калинина, его тактику и уязвимые места. Охота превратилась во взаимную и беспощадную.