«По следу зверя»

Ранним утром 2 июня 1943 года майор Сергей Скорин прибыл на разъезд №47, расположенный неподалеку от станции Поныри. Всего восемь часов назад здесь произошла диверсия, по своему размаху превзошедшая все предыдущие подобные случаи. В результате взрыва были уничтожены два эшелона с танками Т-34 и склады снарядов для гаубичных полков. Характер разрушений свидетельствовал не о случайной удаче, а о тщательно спланированной операции, основанной на глубоком анализе обстановки. Сотрудники контрразведки «Смерш», уже работавшие на месте, сделали предварительные выводы: использовались взрывчатые вещества неизвестного состава, а сама схема подрыва выдавала уровень профессионализма, сопоставимый с мастерством лучших советских саперов. Столь высокая эффективность и продуманность действий неизвестной группы создавали прямую угрозу срыву подготовки к решающему сражению на Курской дуге. Противостояние между братьями не носило личного характера — оно было профессиональным и принципиальным. В 1941 году, в ходе трагических событий в Белоруссии, группа Скорина попала в окружение и была захвачена немцами. Он вернулся спустя полгода, предоставив командованию детальные разведданные о немецкой группировке «Центр», при этом на его теле не было никаких следов пребывания в плену. Рапорт был принят, однако в Особом отделе остались вопросы, на которые не было найдено убедительных ответов. Следователь Андрей Лосев, обладавший аналитическим складом ума, никогда не выдвигал прямых обвинений, но каждое его взаимодействие с братом было пронизано холодной, методичной проверкой. Любое предложение Сергея он воспринимал не как оперативную версию, а как потенциальную дезинформацию. Вторым важным открытием стала карта, найденная в уцелевшем фрагменте вагона. Это была не топографическая карта, а схема расположения объектов разъезда, выполненная на тонкой бумаге с использованием чертежных обозначений. Надписи были сделаны по-русски, однако терминология соответствовала инженерным школам довоенного периода. Скорин обратился за помощью к архивариусу штаба фронта. После трех часов кропотливой работы удалось установить вероятный источник: стиль и система обозначений совпадали с учебными материалами Харьковского инженерно-строительного института, который был закрыт в 1942 году. Это открытие кардинально меняло направление поисков. Диверсантами могли быть не немецкие агенты, а советские граждане, обладавшие специальным образованием и перешедшие на сторону врага или завербованные им.