«Варяги»

Груздев и Шадрин обосновались в номере гостиницы «Рассвет», окна которой выходили на заводские трубы, и целиком погрузились в изучение архивных материалов. Их интересовали не громкие уголовные дела, а те, что были списаны за ненадобностью: аварии с участием заводских грузовиков, исчезновения свидетелей по незначительным эпизодам, внезапные отказы потерпевших от ранее поданных заявлений. Мозаика складывалась неспешно, но с пугающей ясностью. Конфликт за передел финансовых потоков развивался по двум направлениям: с одной стороны — местная группировка, сформировавшаяся из цеховой «братвы» старого завода, с другой — внешние игроки из области и Москвы, пытавшиеся захватить бизнес через рейдерские атаки и давление со стороны силовых структур. Местная полиция оказалась в центре этой схватки, выступая то в роли пешек, то в качестве платных наблюдателей. Первой значимой зацепкой стал случай с главным инженером предприятия, Аркадием Сомовым. За неделю до прибытия столичных гостей он подал заявление об угрозах, но затем, побледнев, явился в отдел и забрал его обратно. Шадрин, опытный психолог, сумел разговорить инженера в гаражном кооперативе, где тот возился со своей «Волгой». Выяснилось, что Сомову не просто угрожали — ему детально описали маршрут его дочери-девятиклассницы до школы, а в ее рюкзак подбросили автоматный патрон. Сломленный инженер раскрыл схему «двойной бухгалтерии» и рассказал о регулярных конвоях наличных денег, которые направлялись как к местным «хозяевам», так и в область, в кабинет одного из заместителей губернатора. Тем временем Груздев наладил контакт с дальнобойщиками, перевозившими цемент в Латвию. Через них удалось выявить контрабандный канал: вместе с мешками через границу переправляли отмытые средства и, по имеющимся подозрениям, наркотики. Это был тот самый федеральный уровень, где пересекались интересы криминала и высокопоставленных чиновников. Малахов, получив эти данные, осознал, что их операция в Горовце перестала быть простой зачисткой района. Это было минирование. Один неверный шаг — и взрывная волна докатится до самых высоких кабинетов. Именно поэтому они действовали скрытно и точечно. Не трогая пока главных фигур, они вместе с приданными бойцами ФСБ взяли под контроль всю периферийную сеть: водителей, кладовщиков, бухгалтеров среднего звена. Давление оказывалось не силой, а неотвратимостью. По городку поползли слухи: новые не берут взяток. А значит, старые правила игры больше не действуют. Это тихое давление оказалось страшнее громких арестов. Вскоре из Москвы поступила команда «заморозить» все операции с заводом до особого распоряжения. В Горовце, где каждый третий житель работал на «Цементе», воцарилась гнетущая тишина, предвещающая бурю.